Как жители России оценивают реализацию национальных целей, выясняли журналисты gazeta.ru.

Национальные проекты, представляющие собой основные направления развития России до 2024 года, вот уже год регулярно фигурируют в СМИ и официальных документах разного уровня. Однако отношение к этим стратегическим целям государства на данный момент весьма неоднородно. И не последнюю роль как в формировании этих настроений, так и в будущем самих проектов, играют курирующие их вице-премьеры.

В публичном пространстве доминируют несколько подходов при оценке нацпроектов: подчеркнуто комплиментарный, осторожно позитивный, заведомо скептический и изначально негативный. Таковы результаты недавнего исследования, проведенного фондом «Петербургская политика».

«Мы видим противоречие. С одной стороны, общество и часть элит воспринимает нацпроекты-2018 как еще один перезапуск нацпроектов-2005 и майских указов-2012 с подчеркнутым акцентом на социальной составляющей и привлечении симпатий рядовых граждан. В реальности структура нынешних нацпроектов сложнее, а цели куда разнообразнее», — рассказал президент фонда «Петербургская политика» Михаил Виноградов.

По его словам, помимо привычных «Образования», «Здравоохранения» и примкнувшей к ним «Культуры» появились нацпроекты, ориентированные на институциональные изменения (которые раньше назвали бы «реформами»). 

Как отмечает эксперт, во время исследования обратило на себя внимание предположение, что нацпроекты без социального крена могут оказаться прозрачнее для общества. В них пока наработан меньший опыт коррекции статистики и больше ориентация на промежуточные результаты, не дожидающиеся 2024 года, считает Виноградов. Например, статистику задач по темам развития экспорта или производительности труда участникам рынка контролировать легче.

Кроме того, исследователи отмечают более высокий уровень детализации целевых показателей – даже если критики окажутся правы относительно возможного нецелевого расходования средств, маловероятно, что это произойдет в отношении всех проектов и отразится на всем комплексе запланированных результатов. Изменилось и место нацпроектов в текущей повестке – они уже не позиционируются как «наше все», что снижает мощность болезненного воздействия на их реализацию политико-идеологической составляющей.

«Я думаю, что пока о каких-то итогах реализации нацпроектов говорить рано. Однако с политической точки зрения, когда у нас говорят про нацпроекты, то часто вспоминаются нацпроекты 2000-х годов, которые курировал Дмитрий Медведев. Это были большие проекты, которые касались образования, здравоохранения, сельского хозяйства. Они затрагивали огромное количество россиян, поэтому о них очень много говорили и эффект от них был очевиден», — полагает заместитель директора «Центра политических технологий» Алексей Макаркин.

Это были нацпроекты периода активного роста нефтяных цен, когда стремительно увеличивалась доходная часть бюджета, и, соответственно, появилась возможность увеличивать расходы, что тоже весьма и весьма популярно, отмечает эксперт.

Исследователи учли и частотность упоминания вице-премьеров в статьях с присутствием темы национальных проектов в федеральных СМИ. Лидером по упоминаемости стал Антон Силуанов.

«Если говорить о вице-премьерах, самыми перспективными сегодня выглядят нацпроекты, курируемые Силуановым (он вообще чаще всех фигурирует в СМИ в контексте нацпроектов), Голиковой (в том числе благодаря объему финансирования) и Мутко, неожиданно для многих органично вписавшемуся в новую сферу курирования», — подытожил Михаил Виноградов.