Сегодня Госдума РФ рассмотрит законопроект о налоговой амнистии для капиталов и иных активов граждан, находящейся за рубежом. Что нужно сделать, чтобы результат оказался выгодным и бизнесменам и экономике в целом?

На фоне санкций в отношении России и угроз отдельных стран национализировать активы РФ и ее резидентов, хранить деньги и владеть имуществом за границей становится рискованно. Но и возвращать активы, часть из которых не учтены, мало кто рвется. Можно «попасть» как минимум на крупные налоги, а как максимум еще и под уголовное дело за уклонение от них на протяжении нескольких лет.

С другой стороны, в стране наблюдается отток инвестиций и нехватка средств, как в экономике в целом, так и в бюджете страны в частности. И возвращение на родину зарубежных активов бизнеса было бы очень кстати. Но по вышеизложенным причинам этого не происходит. Да, и не стоит забывать про «антиофшорный закон», вступивший в силу 1 января 2015 года.

На этом фоне решение об «экономической амнистии» выглядит очень разумным. Вопрос сейчас лишь в деталях, от которых и будет зависеть – увенчается инициатива успехом, или пополнит список неудач подобных попыток в мировом масштабе.

Да, идея сама по себе не нова. В разные годы 20-го века ее с тем ли иным успехом реализовывали во Франции, Швейцарии, Ирландии, Италии, Аргентине и других странах. И успешным опытом могут похвастать далеко не все.

Обобщая опыт этих инициатив можно сказать, что должен быть соблюден баланс между выигрышем для тех, кто решит воспользоваться амнистией и последствиями для тех, кто останется в тени. Это общее правило для любой амнистии, даже внутри компании. Так в административной технологии Хаббарда есть рекомендация при проведении расследования снизить взыскания за проступки сотрудников, при условии их раскрытия до определенного срока. Если же проступок обнаруживают после указанного срока – взыскание становятся еще жестче, чем в обычное время.

В Бельгии, где от амнистированных требовали уплаты от 6% до 9% возвращаемого капитала в бюджет, идея провалилась. В Италии, где предоставлялся выбор: уплата 2,5% от стоимости декларируемого имущества, или приобретение итальянских ценных бумаг на сумму равную 12% от той же стоимости, эффект был обратный. Впрочем, в Италии еще шла активная разъяснительная работа, была гарантирована полная конфиденциальность предоставляемых данных от госслужб, включая налоговую полицию. Штраф за сокрытие капитала вместо максимальных €2000 превратился в сумму от 5% до 25% от сокрытой суммы. «Бонусом» теперь идет и конфискация имущества на аналогичную сумму. Это позволило вернуть в страну активов на €64 млрд.

В России тоже предпринимались попытки финансовых амнистий, и их успешность стремилась к нулю. По мнению экспертов, проблема была вовсе не в жадности бизнесменов и даже не в безнаказанности, а в отсутствии доверия между бизнесом и властью. Если в ходе реализации данной инициативы это доверие будет восстановлено, то это может стать даже более ценным приобретением для страны, чем возврат активов на сотни миллиардов долларов.

По словам замминистра финансов Сергея Шаталова, принятие законопроекта «О добровольном декларировании физическими лицами имущества и счетов (вкладов) в банках» в трех чтениях и подписание президентом ожидается к 15 июня 2015 года. Законопроект предусматривает фактическую амнистию капиталов по 8 статьям Уголовного кодекса.

Артём Кузнецов